В преддверии 8 Марта принято говорить о женщинах красивых и нежных. История Зои Лебедовой – о другой красоте. О той, что проявляется в упрямстве жить, в способности подниматься после потерь, в привычке работать до последнего. Она прошла войну, бараки, заводские смены, девяностые, похороны почти всех близких. И сегодня, в свои сто лет, остается собранной, ясной, внимательной к деталям. О такой непростой судьбе такой сильной женщины – в интервью ekaraganda.kz.
24 февраля жительнице Темиртау Зое Ивановне Лебедовой исполнилось сто лет. И встретила она эту дату спокойно, без торжественной суеты. «Сто так сто», – говорит, будто речь о чем-то обыкновенном. Гораздо важнее для нее не цифра, а то, что за ней стоит.
Родилась она в 1926 году в Камбарке, в Удмуртии. Войну застала подростком. В 1944-м пошла работать на военный завод. Об этом периоде говорит без надрыва, словно объясняет простую вещь: было время, когда нужно было работать, и все работали. Сначала делопроизводителем, потом кассиром. Учебу не бросала.
«Во время войны все: жила и училась. А как иначе?» – продолжает Зоя Ивановна.
После войны она поехала к брату в Читу. Там, в дороге, познакомилась с военным. История эта из уст бабушки Зои прозвучала длинно, без спешки: ей было важно не перебить саму себя воспоминаниями.
«Он ко мне пристал, все разговаривал, все не отставал. В деревню свою повез. Приехала и осталась. Четыре года прожила. Двоих родила. Сын у меня сорок шестого года, дочка – пятьдесят первого. А потом он загулял. Я терпеть не стала. Думаю, а чего я буду ждать? Я детей – шапка в охапку – и домой. Мне двадцать лет было. Сын маленький, дочка вот-вот родится. Ничего, не пропала. И детям не дала пропасть», – объясняет с легкой тоской в голосе долгожительница.
.jpeg)
Десять лет она растила их одна. Работала везде, где брали, и там, где можно было заработать больше. О том времени вспоминает уже без подробностей, но с внутренней твердостью. Говорит, что всю работу перебрала, что на двух ставках трудилась, что никогда не занимала и старалась рассчитывать только на себя. Главное было – поставить детей на ноги. И она это сделала.
Через десять лет в ее жизни появился Михаил. Познакомились на стройке в Волгограде: она маляром работала там, он – бетонщиком. Он был моложе на десять лет. Сначала приходил к детям, водил их на стадион, в кино, на речку. Потом вдруг сказал, что хочет жениться.
И этот эпизод она вспоминает уже почти одним дыханием, не разделяя на вопросы и ответы:
«Я ему говорю: "Куда тебе? У меня двое детей". А он: "Я тебя полюбил". Родителям написал. Те ответили: "Тебе хороша – нам лучше не надо". А мои дети мне говорят: "Мама, давай. Он хороший". И правда, хороший оказался. Моих детей на совесть воспитал. Меня не обижал. Каждую копеечку домой. Я с ним как за каменной стеной жила».
В Темиртау Зоя Ивановна приехала в пятидесятых. Жили в бараках на нынешнем 67-м квартале, работала в детском саду: мыла лестницы, потом была в группе, позже кладовщицей. До пенсии оставалось полтора года, когда выяснилось, что стаж «служащий» – пенсия будет небольшой. Тогда она пошла на комбинат, чтобы заработать «рабочую».
.jpeg)
«Мне сказали: или пенсию получай, или работай. А я думаю нет, надо рабочую заработать. Перешла. Санитаркой начинала, кабинеты убирала. Десять лет отдала. Ничего, работа как работа», – с легкостью говорит она.
Муж в это время был мастером в училище, выпускал сварщиков для комбината. Город жил заводом, и их семья тоже была частью этой жизни. Когда бараки сносили, дали квартиру. Сначала однокомнатную, а потом и «двушку». В нее они переехали в 1978 году. Здесь она живет до сих пор.
В том же году они взяли из детдома полуторагодовалого мальчика. Сначала она сомневалась, ведь возраст уже был не юный. Но решение приняли вместе. Сегодня приемному сыну почти пятьдесят.
Жизнь не щадила. В 1986 году не стало мужа. В 1994-м умерла сноха. Об этих потерях она говорит без подробных описаний, словно не желая тревожить память лишними словами. Лишь упоминает, что муж ушел быстро, а сноха и вовсе в свой день рождения. Благодарит комбинат за помощь в трудные дни.
В 1997-м погиб родной сын. Об этом она рассказывает еще тише. Сын ушел утром по делам и не вернулся. Искали, ждали, а нашли на порожке в морге. «Мама, Валерку убили», – передает она слова родных.
Сегодня у нее еще осталась внучка, правда живет она далеко – в Одессе. Зоя Ивановна проживает с тем самым приемным сыном, но несмотря на периодические трудности, не жалуется. В разговоре несколько раз повторяет одну мысль, как итог всей своей жизни:
«Я все на своей "лебединой шейке" вынесла. Видите, какая тонкая? А выдержала. Работать надо было и не опускать руки. Жаловаться смысла нет. Надо делать».
Несколько лет назад к ней домой приходил врач. Анализы оказались в норме, и медиков заинтересовало, как это возможно в таком возрасте. Она ответила просто: ест все, «что Бог пошлет», мясо не любит с детства, больше молочное. Сладости, признается, любит сильно. Но главное, по ее словам, не в еде.
«Надо любить саму себя и трудиться. Бог любит труды», – практически по слогам, как под запись диктует бабушка Зоя.
.jpeg)
Даже сейчас не сидит без дела. Утром делает зарядку, еще лежа в кровати двигает руками и ногами, потом встает и шагает по комнате. На лифте почти не ездила, старалась ходить пешком. Чтобы память не подводила, повторяет в уме таблицу умножения, решает простые примеры, перебирает знакомые телефонные номера.
.jpeg)
Ее часто спрашивают о секрете долголетия, но она не дает сложных рецептов. Говорит, что нужно меньше лениться и меньше обижаться. Стараться прощать. Не ждать, что кто-то все сделает за тебя. И не жаловаться без причины.
В Темиртау живет женщина, которая прожила целый век и не разучилась улыбаться. Однако сто лет – это не только возраст. Это длинная дорога, на которой были война и тяжелый труд, предательство и любовь, коммунальные бараки и собственная квартира. В ее рассказе нет громких слов и красивых обобщений. Есть голос человека, который прожил много и может сказать смело: «Жила, как умела. Так и живу».
В материале использованы фото автора