После недавнего сообщения о якобы утечке данных 15 миллионов казахстанцев общественность вновь поднимает вопрос об охране личной информации. Официальные цифры говорят: в первой половине года количество случаев интернет-мошенничества снизилось сразу на 7%. Улучшена раскрываемость, потерпевшим возвращено 4,8 миллиардов тенге. Совместно с Национальным банком предотвращен незаконный вывод еще 2,6 миллиардов. Однако этого явно недостаточно, чтобы люди почувствовали себя в безопасности. Подробнее в статье BAQ.kz.
Почему мошенники и хакеры до сих пор обходят правоохранительные органы в скорости? И можно ли рассчитывать на компенсацию в случае, если вас обокрали цифровые мошенники? Председатель общественного фонда «Esti Bol Qory», член Совета по молодежной политике при Президенте РК Жандос Актаев поможет разобраться в этих вопросах.
Риски того, что наши данные могут быть украдены, сегодня не гипотетические, рассказывает эксперт, а вполне системные. В июне 2025 года в открытом доступе оказалась информация порядка 16 миллионов казахстанцев, по факту утечки было возбуждено уголовное дело. Летом 2026 года в области Жетысу силовики изъяли базу с личными данными почти такого же масштаба - по версии следствия, её незаконно использовали сотрудники коллекторского агентства. То есть, утечка произошла не только из-за хакеров, но и из-за инсайдеров.
«По данным профильного комитета, только в 2025 году зафиксировано 43 критических инцидента утечки данных, а годом ранее число правонарушений в этой сфере выросло почти на 20%. При этом важно различать подтверждённые инциденты и вбросы: недавно разошлась новость о продаже данных 15 миллионов казахстанцев из eGov, но специалисты не нашли подтверждений взлома и указали на признаки возможной мошеннической информационной схемы. Поэтому ответ двойной: база рисков реальная и растёт, но каждую конкретную новость о "сливе" стоит проверять, а не пересылать дальше на эмоциях», - рассказывает Жандос Актаев.
Правовая база для защиты личной информации в Казахстане есть - закон действует с 2013 года регулярно донастраивается: с марта и с июля 2026 года в силу вступили поправки, ужесточающие требования к операторам. Теперь данные, содержащиеся в цифровых ресурсах, обязаны храниться на серверах или в дата-центрах, физически расположенных на территории Казахстана, говорит эксперт. А передача данных ограниченного доступа третьим лицам должна идти по защищённым и зашифрованным каналам.
«Проблема не столько в тексте закона, сколько в правоприменении. Государство не обладает прямым контролем над информационными системами частных компаний, а основным рычагом остаются штрафы - при этом, несмотря на десятки зафиксированных инцидентов, реально оштрафованных компаний пока единицы. Уязвимости концентрируются там, где персональные данные собирают массово, но защищают по остаточному принципу: в 2025 году в сеть попали данные тысяч школьников с портала Kundelik.kz, а из внутренних документов одного из казахстанских вузов утекли не только ФИО и ИИН студенток, но и сведения об их медицинских обследованиях - то есть речь не только о "обычных" персональных данных, но и о чувствительной информации», - подчеркивает спикер.
Обезопасить себя можно, Жандос Актаев приводит примеры. В общественном фонде «Esti Bol Qory» занимаемся вопросами общественной безопасности. В том числе могут узнать, фигурируют ли ваши данные в известных утечках, помогаем выстроить информационную защиту для наших граждан.
«На наш взгляд, не только компании должны заботиться о своей кибербезопасности, но и обычные граждане. Стоит периодически проверять там свои данные, включать двухфакторную аутентификацию везде, где это возможно, и не игнорировать нетипичные уведомления о попытках входа. Полезно также периодически проверять свою кредитную историю через Первое кредитное бюро или Государственный кредитный реестр - это поможет вовремя заметить, если данные используют для оформления кредитов на ваше имя», - делится впечатлениями Жандос Актаев.
Однако ситуация становится сложнее, если человек захочет компенсировать ущерб, нанесенный от потери данных. Сегодня штрафы за утечки идут в бюджет, а не пострадавшим гражданам напрямую. Это, говорит Жандос Актаев, уже несколько лет вызывает критику именно потому, что не приносит реальной пользы конкретным людям, чьи данные оказались в открытом доступе. Есть предложения ввести прямые выплаты пострадавшим и обязательное киберстрахование для операторов, хранящих данные более миллиона человек, - такая инициатива обсуждается депутатами не первый год, но на данный момент это скорее в стадии проработки, чем гарантированный работающий механизм. Так что рассчитывать на автоматическую денежную компенсацию сегодня преждевременно - хотя направление явно движется в эту сторону.
«Самая частая ошибка - считать, что раз данные "и так утекли", то беречь их больше не имеет смысла, и по инерции продолжать выкладывать в соцсетях даты рождения, номера телефонов, геометки, фото документов и билетов, данные о детях и их школах. Именно эта "фоновая" информация потом используется для социальной инженерии: мошенники активно используют утечки для того, чтобы войти в доверие к людям, а затем применяют эти данные для финансового мошенничества - например, звонят "от банка" или "от полиции", называя реальные ФИО и ИИН, чтобы жертва поверила в подлинность звонка», - продолжает Жандос Актаев.
Вторая типичная ошибка - использование одного и того же пароля на разных сервисах и игнорирование уведомлений о попытках сменить пароль. Масштаб проблемы стоит воспринимать серьёзно: в 2023 году из более чем 51 тысячи зарегистрированных случаев мошенничества почти половина была связана именно с интернет-мошенничеством, говорит эксперт. Иными словами, цифровая неосторожность конвертируется во вполне материальный ущерб, а не остаётся абстрактным риском.